УЧИЛСЯ НА БРЕГАХ НЕВЫ
ЗАПИСКИ МУЛЬТИМАТЕРНОГО СТУДЕНТА

 

9146.jpg

Перед штурмом Будапешта

9147.jpg

После взятия Будапешта

09.jpg

МИРОНЕНКО Юрий Михайлович
(р.20.8.1933, г.Ленинград)
Выпускник ЛВМИ 1957г., группа Е509

Специалист в области создания и испытаний образцов бронетанковой техники, а также специальных машин на танковой базе, в том числе:
- танков Т-10М, Т-80, Т-64Б, Т-72, Т-80У и их модификаций;
- 406 мм самоходной пушки особой мощности СМ-54;
- 420 мм самоходного миномёта 2Б1;
- самоходных артиллерийских установок 2С7 «Пион» и 2С7М «Малка»;
- самоходных гусеничных шасси для средств системы С-300В и семейства высокозащищенных машин особого назначения.

Работа:
1957 г. – Филиал ЦНИИ-173 г. Ковров; инженер, участник доработки стабилизатора основного вооружения «Ливень» танка Т-10М.
1958 – 1968 гг. – «Кировский завод», ОКБТ, г. Ленинград; ст. инженер, вед. инженер, нач. сектора, начальник отдела испытаний.
1968 – 1991 гг. - Министерство оборонной промышленности СССР, г. Москва; главн. специалист, нач. отдела, главный конструктор 7 Главного управления.
1991 - 2003 гг. – ОАО «Специальное машиностроение и металлургия», г. Москва; начальник отдела специальных транспортных средств.

Участник ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 году.

Награждён орденами и медалями СССР, имеет авторские свидетельства на внедренные в серийное производство изобретения по танкам Т-64Б, Т-80, Т-80У, САУ «Пион», системе С-300В, гусеничным машинам особого назначения и др.

С 2003 года – пенсионер.

959.jpg

Наше ОКБТ часто посещал бывший «Первый маршал» Клим Ворошилов. В папахе - Ж.Я.Котин

960.jpg

В.И.Чуйков тоже нас посещал. А Котин опять в папахе

961.jpg

Два заслуженных военмеховца И.Ф.Дмитриев и Б.М.Муранов. Дмитриев крайний слева, а Муранов между двумя военными А.Х.Бабаджаняном и Ж.Я.Котиным

963.jpg

Надо вылезать..

964.jpg

Теряя передние подкрылки – вылезаем

965.jpg

«Пейзаж», похожий на место, где мы заправляли танки «вручную»

966.jpg

Чуть в сторону и по уши..

967.jpg

Ох, не лёгкая эта работа из болота тащить…

968.jpg

Ну, и фиг с ним – утро вечера мудренее

980.jpg

А.Э.Нудельман

981.jpg

Хочешь стать танкистом? Да, ради Бога – стань им!

982.jpg

Обычное преодоление «брода» глубиной 1,8 метра без подготовки

983.jpg

1,8 метра – остались позади

984.jpg

А это - мы пытались на «спарке» таскать ракету «Темп-2с» параллельным ходом

985.jpg

Это тоже «транспортировка» Темп-2С, но спаркой «друг за другом»

986.jpg

Чего-то взгрустнулось, или… пора обедать

987.jpg

Наш ИС-3 в «венгерских событиях» 1956 года. По статистике 1941-1945гг жизнь танка составляла всего 18 минут боя

988.jpg

Американцам в Ираке приходится не лучше!

989.jpg

На фоне своего любимца – 203мм САУ 2С7 «Пион». О нём будет отдельный рассказ

9100.jpg

В.П. Ефремов - генеральный конструктор комплексов «Круг», «Оса», С-300В, «Тор» и «Тор-М1»…

9101.jpg

Пусковая установка «малых ракет» системы С-300В

9102.jpg

Радиолокационная станция кругового обзора С-300В

9103.jpg

Радиолокационная станция секторного обзора С-300В

9104.jpg

САУ 2С7 «Пион» в плохом настроении

9105.jpg

Он же в глубокой задумчивости

9106.jpg

Пародия на оригинал, а нос задирает…

9107.jpg

Наводим «марафет» после посещения Сванетии

9108.jpg

Конечная часть марш-броска на переправу в Крым

9109.jpg

Начало косы «Чушка» ( продолжение - влево 10 км..)

9110.jpg

Чего опять надумали? Повесят или утопят..

9111.jpg

Лермонтовская скала с надстройкой.

9112.jpg

Под левой пяткой 15 метров..

9113.jpg

Два постаревших,но до неузнаваемости похожих балбеса. Правого звали Виктором Яшиным...

Сейчас Вы здесь: .:главная:. - .:статьи:. - .:записки мультиматерного студента:.

Глава 9
Инженерно-бронетанковые приключения, или комические моменты драматических ситуаций

(Юрий Мироненко)

9.94 1766 танков и 320 000 человек

Мне в жизни повезло! Я застал и много лет работал с танкистами, начавшими свой боевой путь, когда немец был под Москвой, и закончившими войну в Вене, Берлине и в Праге. Почти четыре года быть под прицельным взглядом смерти и остаться живыми – это чудо! Ведь, как следует из статистики, жизнь танка в Отечественной войне составляла около 18 минут боя, а жизнь танкиста ещё короче. И это – в среднем! А чему же равен минимум? И сколько же минимумов приходится на одного выжившего?! С одним из прошедших всю войну водителем танка попробую вас познакомить. В части 9.13 про «встречу» с грузинами я кратко упомянул водителя Сашу Богданова. Меня с ним периодически в течение двух лет жизнь мотала вдоль и поперёк Советского Союза. Куда нас только не заносило…. Но за всё время этого бытия он ни разу не обмолвился, что побывал на войне. Был немногословен. Внешне выглядел не намного старше меня. Механик-водитель, как говорят, от Бога! Компаний не чурался, при необходимости заводился с пол-оборота, однако, не любил «пересуды» и в свою ленинградскую жизнь вне работы никого не допускал. За полгода до того, как уйти с «Кировского завода» он серьёзно повредил ногу, и мне пришлось, уезжая в очередную «экспедицию», взять другого водителя. Через месяц, приехав в Ленинград и узнав, что он ещё на больничном, решил его разыскать и навестить. В связи с тем, что никто из коллег понятия не имел, где он живёт, пришлось добыть адрес в отделе кадров.

И вот часов в восемь вечера укомплектованный «деликатесами» и двумя бутылками, я встретился с Сашей. Он и рыжий попугай Яшка как раз решили приступить к ужину. На столе стояла большая тарелка, заполненная яичницей с колбасой, а рядом расположился гранёный стакан. Яшка, не обращая никакого внимания на нас, уцепившись лапками за край тарелки, вкушал её содержимое.

В процессе ужина и обмена новостями меня заинтересовал висящий на стене вымпел с правительственными наградами и что-то вроде почётной грамоты в рамочке под стеклом.

Спрашиваю:
- Это фамильные награды?
- Нет, лично моё.… Всё что осталось от войны…
- Саш! Ты воевал?!
- Пришлось…
- С какого же ты года? Я думал, что мы почти ровесники.
- Почти. Я с 23-го. В начале 41-го мне стукнуло 18.
- Ну, Саня! Орденища то – ой-ё-ёй! И золотая Отечественная война 1 степени! А грамота – за что? Тоже военная?
- Военная…

Разогретый двумя стаканами, я вцепился в него, как энцефалитный клещ, и кое-что выудил.

Когда началась Отечественная война он уже более или менее освоил профессию водителя танков. Когда же в августе мне исполнилось 8 лет, он успел остаться единственным, кто выполз из подбитого танка.

А потом… Короче, к октябрю 1944 года, «сменив» восемь экипажей вместе с танками, и получив за это два ордена Боевого Красного Знамени, две Красных Звезды и горсть серебряных и бронзовых медалей, он в составе какого-то Украинского фронта «упёрся» в Будапешт. Грязь, дожди, конец октября. Полк, в котором он служил, был изрядно выбит в предыдущих боях, а немцы с венграми и не собирались сдаваться. Мало того, пока в течение двух месяцев наши войска пытались окружить город, полк превратился в роту. Силы и нервы были на исходе. Всё чаще стала появляться дурацкая «мечта», чтоб скорее подбили – тогда хоть можно несколько дней передохнуть, пока подлечат, починят или пока пересадят на новый танк. Но чёрта лысого! После Нового года, в январе 1945-го откуда ни возьмись явился СС-овский танковый корпус. Завертелось такое, как будто оказались в бетономешалке. Когда эта круговерть кончилась, «боевое соединение», состоящее из трёх танков, в одном из которых находился Саша, затерялось в городе, где из-за любого угла, с любого этажа и из любого подвала тебя могли угробить. Кое-как продрались через несколько узких улиц и выскочили на какую-то площадь.

Чтобы помочь пехоте и не подставиться под выстрелы, решили прикрыть танк сверху, с боков и сзади. Для этого проломили кормой витрину какого-то магазина и въехали в него. Превратив магазин в долговременную огневую точку, стали прицельно бить по противоположным домам, где укрылись немцы и венгры. С наступлением темноты пришли гости – три погорельца, - всё, что осталось от двух экипажей подбитых танков. Они же сообщили, что кем-то приказано закрепиться на завоёванном рубеже, к утру обеспечат снарядами. Один из подбитых танков расположился в ста метрах от магазина. У него снарядом выбило направляющее колесо, гусеница сорвалась, и танк развернулся задом наперёд, привалившись боком к стене дома. Два других попадания заклинили башню, и стрелять можно было только в противоположную от немцев сторону. Однако, как говорится - нет худа без добра, - у них сохранилось несколько неиспользованных снарядов, которыми и разжились. Мало того, магазин в котором поселились танкисты, оказался скатертью самобранкой. В процессе его освоения был обнаружен винный погреб и, понятное дело, пришлось заняться дегустацией. По окончании «фуршета» капитально «накрыли стол» и вместе с примкнувшей к ним «пехотой» помянули погибших товарищей…. Когда на следующий день пришли в сознание, поняли, что война на площади давно закончилась, снарядами их никто затоваривать не собирается, и надо искать и присоединяться к тому, что осталось от дивизии.

Надо сказать, что пока у танкиста есть танк, то в нем и на нём располагается всё: и личные вещи, и мешки с продуктами, и «ценности» и трофеи. В такие моменты танкист хлебосольный хозяин и уважаемый человек…. А начинается бой – все наружные «накопления» и всё, что имеет способность торчать, срывается к чёртовой матери. А потом, если повезёт, оставшиеся в живых ободранные члены экипажа, в чём попало выскакивают, выползают, вываливаются из подбитого танка, и беднее и несчастливее их бывают только моряки, прыгающие в воду с тонущего корабля. В такой момент любой бомж по сравнению с ними олигарх. И вообще, если у пехотинца случается возможность спрятаться, то танкисты обязаны сидеть в танке, торчащем у всех на виду и представляющим для врага очень заманчивую цель.

В данном конкретном случае «дом» был в магазине и «на ходу». В наличии имелось несколько снарядов, продуктов навалом, осталось только заправить все ёмкости спиртным, опохмелиться и вперёд. Через несколько кварталов напоролись на большое начальство и были вовлечены в бой в составе другой воинской части. При этом троих ребят с подбитых двух танков тоже куда-то прибрали. Затем к немцам подошло ещё подкрепление и началось…. Перевес у немцев был ощутимый, и пришлось попятиться. Кое-как отбились и закрепились. Только через день разыскали своих. Дивизия за время их отсутствия тоже билась насмерть, понесла большие потери и встретила их, как дезертиров. Самое противное, что, не вылезая из боя, ребята даже не удосужились узнать фамилию командира, который их использовал, тем более запастись какой-нибудь бумажкой за его подписью, подтверждающей, что они действительно воевали в составе другой части. Короче, трибунал, истосковавшийся по работе, вынес каждому одинаковый приговор – расстрелять, и, за неимением времени, сие привести в исполнение немедленно. Условия для «исполнения» были идеальные – вокруг развалины домов, далеко идти было не надо.

На мой вопрос – что чувствовал он, когда конвоировали «за угол», Саша ответил: «Было полное безразличие и усталость. Четыре года непрерывной войны поддерживали тонус, а тут нагрузка резко снялась, и силы кончились, болела голова и страшно хотелось пить. Пропади всё пропадом…. Однако, война не только убивает и калечит, она иногда дарует жизнь. Мне она неожиданно её подарила. Нашу мрачную процессию остановил проезжающий генерал. Быстро проведя опрос исполнителей и приговорённых, он приказал временно нас освободить и вместе с танком отдать в его распоряжение. «Расстрелять вы их всегда успеете, если понадобится, а сейчас мне нужен боеспособный танк с экипажем! Быстро выдать им документы, личные вещи и доставить сюда вместе с танком».

Два дня мы находились в распоряжении генерала, а затем он нас «пристроил» к 23-ему танковому корпусу. Прошло какое-то время, и я потерял своих товарищей. Двух навсегда, третий в тяжёлом состоянии был отправлен в тыловой госпиталь. Меня бог миловал – ни царапины, только сильная контузия.

Вообще-то, Будапешт – это шрам на всю оставшуюся жизнь. И не потому, что попал под расстрел, а потому, что в течение трёх месяцев и всего за три месяца до Победы пришлось потерять столько нашего брата-танкиста, что…. Там же был полностью угроблен годовой план Нижнего Тагила – 1800 танков».

Приступая к изложению этого рассказа, я поинтересовался, какие потери понесли наши войска при взятии Будапешта. Оказалось, что потери за три с половиной месяца составили – 1766 танков и 320 000 человек, т.е. 3047 человек в день. Вдумайтесь, более 3000 человек отдавали свои жизни каждый день! И всё ради того, чтобы уничтожить врагов человечества. А теперь? Теперь убийцу мирных граждан даже пальцем тронуть нельзя, а приговорить к смертной казни – да ни в коем случае! И доводы-то какие – лишать жизни имеет право только Господь Бог…. Выходит, что убийцы женщин и детей это посланцы Бога?! Им нас убивать можно, а нам их – нельзя?!

Ну, меня опять понесло…. Возвращаюсь к рассказу Саши.

Мир тесен. Когда меня притащили в медсанбат и я стал более или менее осознано воспринимать окружающее, то обнаружил на соседней койке старлея, который в числе прочих приговорил меня к расстрелу. Кстати, именно он возвращая по приказу генерала мои документы, улыбнулся и сказал, что мы расстаёмся не надолго и вскоре встретимся. Сдержал слово. Странно, но он меня тоже узнал. От нечего делать перекинулись словами, а потом разговорились. Оказывается за время нашей «разлуки» мы практически постоянно были совсем рядом, и ему доставалось не меньше, чем мне, но зато он стал капитаном. От него я получил и «радостную весть», что двое его подельников по моему приговору, старшие по чину, погибли. Я тоже его обрадовал, сообщив, что из четырёх приговорённых остался в живых только я.

Вскоре срочно потребовались механики-водители и меня выписали. Уходя, я пожелал ему здоровья, он тоже мне пожелал, добавив, что мой приговор у него и ждёт своего исполнения, хотя, если и дальше всё так пойдёт, то нам вряд ли удастся дожить до новой встречи.

Ну, а дальше были Карпаты, потеря двух танков, ранения и Австрия. Я уже распустил слюни в надежде увидеть Вену, как опять попал к медикам. Здесь же командир корпуса вручил мне эту 1-ой степени Отечественную войну.

Получив его, я вспомнил трибунального старлея в чине капитана и стало грустновато – раз дали орден, значит, капитан приказал долго жить. От ордена повеяло холодом.

А Вену я всё-таки увидел, хотя экскурсия по ней чуть не закончилась братской могилой. Танк и город понятия не совместимые.

Много наших там осталось, мне же опять повезло побывать в медсанбате. На этот раз достаточно капитально, так что дождался открытия в Вене грандиозного памятника всем нам – погибшим и живым. Состоялось это в августе 45-го.

Нацепив на себя всё, чем нас удостоили, мы, кто на костылях, кто на своих двоих, крепко поддали у этого памятника и собирались уже двинуться к Венской опере, чтобы чего-нибудь нацарапать на ней, как кто-то выкрикнул мою фамилию - «Богданов?!». Оборачиваюсь. Твою мать! Капитан! Живой! Может быть по-пьяни, а может быть в связи с тем, что он был единственным человеком в этой мясорубке, который хотел встретить меня живым…, не знаю, но я был искренне рад.

Как положено, мы «приняли» за Победу, помянули «общих знакомых» и перед тем, как расстаться он расстегнул свою полевую сумку, достал сложенный пополам листок бумаги и со словами «возьми на память, я ему хода не давал», вручил его мне. Это был мой приговор. Теперь вот он… Я его пристроил к стенке – вместо себя…

Что касается капитана, то мы больше не встречались. У меня его координат не было, а у него, видимо, за неимением в сумке моего приговора, интерес к моей личности начисто пропал. Шучу…. На самом деле с его стороны это был настоящий человеческий поступок.

P. S. После посещения Саши и Яши в моей записной книжке появилась следующая запись – «Богданов А.В. и Яшка, адрес…, Будапешт, приговор, 23 т.к., Вена».

Ведь Богдановых много. Надо же как-то их отличать. Эта запись и встряхнула память.… Кстати, у меня было много знакомых и товарищей с фамилией Богданов. И все они были людьми, достойными уважения. Видимо, фамилия обязывает…

И последнее. Из рассказов Саши я впервые узнал, что у танка Т-34 от попадания снарядов частенько клинило башенные люки, и понятное дело…. Кроме того в башне от выстрелов создавалась критическая концентрация отработанных пороховых газов, что частенько приводило к потере боеспособности «башенных», вплоть до потери сознания у заряжающих. По этим причинам в интенсивном бою приходилось воевать с приоткрытыми люками. Приспособления были разные, но командиры танков в основном использовали поясной ремень. Пропустив его кольцом под коленом и через внутреннюю рукоятку люка, можно было регулировать ногой величину «открытия-закрытия». Мало того, водители-асы, получив танк, самостоятельно устраняли «заводскую подлость», восстанавливая проектную мощность двигателя, зарегулированную после его обкатки с целью продления моторесурса. Это давало танку ощутимое увеличение скорости, маневренности и …выживаемости.

Хочешь жить – умей вертеться!


© Юрий Мироненко

2008-2016


Ваши отзывы, вопросы, отклики и замечания о заметках Геннадия и однокашников мы с нетерпением ждем в .:специально созданном разделе:. нашего форума!

Копирование частей материалов, размещенных на сайте, разрешено только при условии указания ссылок на оригинал и извещения администрации сайта voenmeh.com. Копирование значительных фрагментов материалов ЗАПРЕЩЕНО без согласования с авторами разделов.

   
 
СОДЕРЖАНИЕ
Об авторе
Предисловие с послесловием
(Г.Столяров)
0. Начала
(Г.Столяров)
1. Живут студенты весело
(Г.Столяров)
2. Военно-Морская Подготовка
(Г.Столяров, Ю.Мироненко, В.Саврей)
3. Наши преподы
(Г.Столяров, Ю.Мироненко, В.Саврей)
4. Скобяной завод противоракетных изделий
(Г. Столяров)
5. Завод швейных компьютеров
(Г. Столяров)
6. Мой старший морской начальникNEW!
(Г. Столяров)
7. Про штаны и подштанники
(Г. Столяров)
8. Наука о непознаваемом - ИНФОРМИСТИКА и ее окрестности
(Г. Столяров)
9. Инженерно-бронетанковые приключения, или комические моменты драматических ситуаций
(Ю. Мироненко)
10. Владлен Саврей
(В. Саврей)
 
ПОДСЧЕТЧИК
 
Эту страницу посетило
168242 человек.
 

 

 



Powered by I301 group during 2000-2005.
© 2004-2016
Хостинг от SpaceWeb